Британские выборы
Я вынесу в отдельную запись комментарии 
yurri. Думаю, многим будет интересно.
----------------------------------------
Коротко эта история выглядит примерно так:
1. После отставки Камерона Мэй стала премьером довольно неожиданно - не было даже партийного голосования, т.к. все другие кандидаты-сопартийцы слились сами.
2. Ей надо было себя как-то поставить, оправдать, и она выбрала заигрывание с дальним правым частью электората, т.к. на тот момент казалось, что это такая неостановимая общезападная волна. Любые не то что возражения против выхода из ЕС, а сомнения в предпочтениях о деталях этого выхода сразу отметались в очень резкой форме (лояльная пресса не скупилась на термины вроде "врагов народа", "саботажников", "евронытиков" - ну вы все видели эти картинки).
3. Какое-то время это работало, и в какой-то момент опросы стали показывать гигантское преимущество тори на лейбористами, включая и ту модель, что неделю назад верно предсказала результаты выборов. Видя это, Мэй решила себя легитимизировать, уничтожить оппозицию в парламенте (хотя она и так не оказывала особого сопротивления, а по вопросам Брекзита так и вовсе голосовала синхронно) и продлить срок своего премьерства с трёх остававшихся ей после Камерона лет до пяти.
4. Эти выборы были также возможностью для тори сбросить предыдущие экономические обещания, взятые на себя до референдума. Будучи уверенными в огромном преимуществе (а на тот момент по всем признакам оно и в самом деле было таковым), они пообещали зарезать социалку ещё больше, чем от них ожидалось после всех этих лет политики экономии. Плюс Мэй окончательно поверила в свою исключительность, и партийная кампания непривычно напоминала президентские выборы - насколько фокус был на ней лично как на единственной "сильной достойной фигуре".
5. Одновременно с этим лейбористы сделали два правильных шага: контратаковали очень щедрыми обещаниями расходов (что было относительно безопасно, т.к. большинства и необходимости реализовывать всё это они не ожидали), и одновременно всё же нейтрализовали наиболее одиозные предложения нового лидера Корбина.
6. Корбин на удивление всем провёл блестящую кампанию, резко контрастировавшую с его апатией во время референдума (чо доказывает, что он в душе всегда был за выход, только из левых соображений). Его социальная программа имела оглушительный успех. Одновременно Мэй по-путински отказывалась от любых очных дебатов, организовывала встречи с подставным "простым народом" и, самое важное, лихорадочно отменяла пункты из своей социальной программы, вызывавшие особое недовольство, хотя ещё вчера это было "ответственное решение новой железной леди".
7. В итоге лейбористы проиграли тори много мест, хотя по доле голосов подошли почти вплотную (особенности системы FPTP, напоминающей ваш electoral college). Но тори потеряли большинство, позволяющее им править самим, и нуждаются в коалиции с одной или несколькими мелкими партиями.
Теперь "что это значит для евреев" (для нас, врагов народа):
1. Брекзит пока никуда не девается, т.к. назад откатить процедуру очень тяжело, и главное, лейбористы тоже выход из ЕС (не все, но с укреплением позиции Корбина на это можно рассчитывать).
2. Однако стало предельно ясно, что полуфашистский нативистский анти-иммигрантский довод за Брекзит пользуется куда меньшей поддержкой, чем казалось ещё недавно. Возможно, что более мягкая форма выхода из ЕС стала более реальной.
3. Мэй лично потеряла авторитет в партии, превратившись из спасительницы, единственного варианта, в человека, проигравшего необязательные в идеальных для себя стартовых обстоятельствах. Культ личности теперь тоже строить будет заметно тяжелее.
4. Она может оставаться премьером в составе коалиции, но маловероятно, что ей дадут отсидеть все пять лет.
5. Переговорщики ЕС увидели, что за радикальной позицией Мэй не стоит большинства, и что она готова лихорадочно менять менять мнение под хорошим давлением.
6. В большинстве люди по-прежнему хотят выхода из ЕС, но в большинстве же не видят это главным приоритетом, затмевающим всё остальное. Социальная повестка тоже очень важна, и люди не готовы платить за Брекзит любой ценой, особенно не абстрактными цифрами на боку автобуса, а реальными проблемами в местной больнице, школе, или обязательством продать собственный дом в случае необходимости ухода в пожилом возрасте (реальное предложение Мэй).
7. Молодёжь наконец-то пришла на выборы, рекордная явка для этой категории. В некоторых округах это полностью именило картину - например, традионно консервативное Кентербери получило лейбористского депутата из-за того, что в кои-то веки иногородние студенты из местного универстита явились на участки.
Вот, примерно так.
yurri. Думаю, многим будет интересно.----------------------------------------
Коротко эта история выглядит примерно так:
1. После отставки Камерона Мэй стала премьером довольно неожиданно - не было даже партийного голосования, т.к. все другие кандидаты-сопартийцы слились сами.
2. Ей надо было себя как-то поставить, оправдать, и она выбрала заигрывание с дальним правым частью электората, т.к. на тот момент казалось, что это такая неостановимая общезападная волна. Любые не то что возражения против выхода из ЕС, а сомнения в предпочтениях о деталях этого выхода сразу отметались в очень резкой форме (лояльная пресса не скупилась на термины вроде "врагов народа", "саботажников", "евронытиков" - ну вы все видели эти картинки).
3. Какое-то время это работало, и в какой-то момент опросы стали показывать гигантское преимущество тори на лейбористами, включая и ту модель, что неделю назад верно предсказала результаты выборов. Видя это, Мэй решила себя легитимизировать, уничтожить оппозицию в парламенте (хотя она и так не оказывала особого сопротивления, а по вопросам Брекзита так и вовсе голосовала синхронно) и продлить срок своего премьерства с трёх остававшихся ей после Камерона лет до пяти.
4. Эти выборы были также возможностью для тори сбросить предыдущие экономические обещания, взятые на себя до референдума. Будучи уверенными в огромном преимуществе (а на тот момент по всем признакам оно и в самом деле было таковым), они пообещали зарезать социалку ещё больше, чем от них ожидалось после всех этих лет политики экономии. Плюс Мэй окончательно поверила в свою исключительность, и партийная кампания непривычно напоминала президентские выборы - насколько фокус был на ней лично как на единственной "сильной достойной фигуре".
5. Одновременно с этим лейбористы сделали два правильных шага: контратаковали очень щедрыми обещаниями расходов (что было относительно безопасно, т.к. большинства и необходимости реализовывать всё это они не ожидали), и одновременно всё же нейтрализовали наиболее одиозные предложения нового лидера Корбина.
6. Корбин на удивление всем провёл блестящую кампанию, резко контрастировавшую с его апатией во время референдума (чо доказывает, что он в душе всегда был за выход, только из левых соображений). Его социальная программа имела оглушительный успех. Одновременно Мэй по-путински отказывалась от любых очных дебатов, организовывала встречи с подставным "простым народом" и, самое важное, лихорадочно отменяла пункты из своей социальной программы, вызывавшие особое недовольство, хотя ещё вчера это было "ответственное решение новой железной леди".
7. В итоге лейбористы проиграли тори много мест, хотя по доле голосов подошли почти вплотную (особенности системы FPTP, напоминающей ваш electoral college). Но тори потеряли большинство, позволяющее им править самим, и нуждаются в коалиции с одной или несколькими мелкими партиями.
Теперь "что это значит для евреев" (для нас, врагов народа):
1. Брекзит пока никуда не девается, т.к. назад откатить процедуру очень тяжело, и главное, лейбористы тоже выход из ЕС (не все, но с укреплением позиции Корбина на это можно рассчитывать).
2. Однако стало предельно ясно, что полуфашистский нативистский анти-иммигрантский довод за Брекзит пользуется куда меньшей поддержкой, чем казалось ещё недавно. Возможно, что более мягкая форма выхода из ЕС стала более реальной.
3. Мэй лично потеряла авторитет в партии, превратившись из спасительницы, единственного варианта, в человека, проигравшего необязательные в идеальных для себя стартовых обстоятельствах. Культ личности теперь тоже строить будет заметно тяжелее.
4. Она может оставаться премьером в составе коалиции, но маловероятно, что ей дадут отсидеть все пять лет.
5. Переговорщики ЕС увидели, что за радикальной позицией Мэй не стоит большинства, и что она готова лихорадочно менять менять мнение под хорошим давлением.
6. В большинстве люди по-прежнему хотят выхода из ЕС, но в большинстве же не видят это главным приоритетом, затмевающим всё остальное. Социальная повестка тоже очень важна, и люди не готовы платить за Брекзит любой ценой, особенно не абстрактными цифрами на боку автобуса, а реальными проблемами в местной больнице, школе, или обязательством продать собственный дом в случае необходимости ухода в пожилом возрасте (реальное предложение Мэй).
7. Молодёжь наконец-то пришла на выборы, рекордная явка для этой категории. В некоторых округах это полностью именило картину - например, традионно консервативное Кентербери получило лейбористского депутата из-за того, что в кои-то веки иногородние студенты из местного универстита явились на участки.
Вот, примерно так.